Приветствую Вас, Гость
Главная » Статьи » История

Когда немцы уезжают, нам остается только делать вид, что ничего не происходит.
  …Их привезли на открытых машинах. Дети, женщины, старики. В руках узелки. Оставили у сельсовета. Уполномоченный передал бумаги и уехал. Снег падал на забор, на крыльцо, на них… Из окон домов смотрели. Потом подошли. Кто нес хлеб, кто лом, кто лопату. Хлеб съели. Ломами и лопатами рыли мерзлую землю. В землянках и пережили первую военную зиму. Все они были немцы.
  Этот рассказ я слышал, когда был маленьким. И позже как-то натолкнулся на списки в одном из школьных кабинетов. Не помню, для чего та информация предназначалась, но были в ней сведения о дате и месте рождения, о социальном положении, партийной принадлежности перечисленных Майеров, Бемов, Гильдтов… Еще не забыл два села, откуда немцы родом: Александровка и Гай-Александровка. Где эти села? Сколько поколений немцев выросло там? Почему они были привезены в Сибирь? Тогда у меня не возникло этих вопросов, они стали передо мной намного позже.
  У русского есть Россия, у белоруса – Белоруссия, у казаха – Казахстан, у литовца – Литва, у немца – родины нет. Вернее она была – Поволжье.
  Очередное союзное правительство, меняясь время от времени по составу, страдает манией боязни врагов внутренних и внешних. Не преминули объявить врагами и немцев.
  «Даже у малочисленных народов есть свои республики, автономии, есть родина. У нации, насчитывающей около двух миллионов человек, - ее нет! – Это Яков Яковлевич Гебель, председатель колхоза имени Калинина. Я сижу рядом и слушаю, смотрю, как он все больше и больше начинает волноваться. – А то, что сделали совсем недавно под Славгородом так называемый немецкий район, – это мертвому припарка. Поздно. Немцы уезжают. Одни уезжают, другие собираются… Да и не решить созданием района этой проблемы, не решить. Это не родина, всем немцам туда не съехаться. Но самое главное – это культура. Национальная культура близка к распаду... У меня уехали в общей сложности двести человек. Сначала таких были единицы, потом семьи. Теперь, как правило, глава семейства, его дети и дети детей. На чемоданах сидят и другие».
  В землянках немцы жили недолго. Горбясь на государство-мачеху, они не забывали о будущем своих детей. Пройдите теперь по улицам сибирских и казахстанских деревень, пройдите. Посмотрите, что ни краше, ни крепче дом – хозяин немец (я не преуменьшаю достоинств других наций, упаси Бог, и не возвеличиваю немецкую). Посмотрите, какое хозяйство у немцев. У большинства возле дома автомашина.
  Сообразительный читатель понимает, что речь заходит о немецком трудолюбии. Да, но по другому поводу. Немец – хороший работник, дисциплинированный. Это все, что о немцах говорится. Извините меня за некорректность, но и лошадь – работник куда с добром, неприхотливый к тому же, вожжей туда-сюда, кнутом по спине… Работник, исполнитель, трудяга. Неужели человек родился лишь для того, чтобы вкалывать, вкалывать, вкалывать. Душа человека в расчет не берется, его внутренний мир, культура.
  С культурой в государстве нашем плохо, очень плохо. Одна борьба и противостояние. Как с культурой у немцев? На всю нацию один захиревший театр в Алма-Ате. Ни одного высшего учебного заведения. Ни одной национальной школы.
  В той же Самарке, где немцы до некоторых пор составляли абсолютное большинство, национальные традиции сохранились благодаря семье. Но уезжает молодежь из Самарки или Ивановки, растворяется нация, забывается язык и обычаи.
  Национальная политика в государстве запущена. Не ошибусь, если скажу, что политика у нас зачастую антинациональна. И поэтому, когда стало можно, немцы поехали. К родственникам, к знакомым, если нет ни тех, ни других – все равно, в Германию.
  «У нас гостит семья. Полтора года прожили в Германии, - продолжает Яков Яковлевич. – Я говорил с ними, спрашивал: не тянет назад, не хотят ли вернуться? Нет. С культурой для них вопрос решен, бытовые проблемы там отсутствуют. А что я им предложу здесь? Работу на ферме, в поле, мизерную зарплату? Что даст им наше государство? Ничего».
  В Германии они не свои. Родились они здесь. Выросли. Вырастили детей. Германия – их прародина. Человек, стремящийся на родину предков, достоин уважения. Но по этой ли только причине покидают Союз немцы? В большинстве случаев нет. У нас они в качестве пасынков, а там как родственники, но бедные и дальние. Яков Яковлевич говорит, что уехавшие меньше всего думают о себе, они надеются – их дети почувствуют себя настоящими немцами, людьми или дети их детей.
  В немецкой Самарке уже не то. Сломалось. Пустеет село. Едешь по центральной улице, а на заборах надписи: продается дом, дом продается. Если страну покидают люди (тем более разных национальностей), значит, народ в ней продолжает оставаться винтиком. А винтик – вещь удобная. Хочешь, закрути до упора, хочешь, отпусти слегка, только осторожно, крепкой отверткой, твердой рукой, чтоб резьбу не сорвать.
  Национальным вопросом серьезно обеспокоены в Канаде, Израиле, Югославии… И только у нас эта проблема доведена до абсурда. Последние события с государственным переворотом могут добавить крови. От имени народа, не спрашивая народ, новоявленный комитет собирается устроить нашу жизнь. Противно, что и у нас есть те, кто благоволит преступникам из коммунистической (читай – преступной) организации. Дай им возможность – «поставят на место» желающих самостоятельности, суверенности национальных образований… Турки-месхетинцы, немцы вне родины… армяне и азербайджанцы поставлены в такие условия, что им остается уничтожать друг друга. Где же право наций на самоопределение, обещанное давным-давно? Обещанного 73 года ждут. Когда же прибалтийские республики, Молдова, Россия… заявили о суверенитете, им навесили ярлыки – сепаратисты, растаскивание Союза по национальным квартирам. Какое растаскивание – люди хотят жить нормально, по-человечески, а не «в свете последних указаний». Суверенность каждой республики – это суверенность всего Союза. Немцы уезжают. Что они говорят новым соседям и знакомым, о чем вспоминают?
  «Что даст ваша статья в вашей газете? Ничего, - Яков Яковлевич посмотрел в сторону. – Что могут районные власти сделать для немцев, чтобы они не покидали Самарку? Ничего». Что даст моя статья в районке (да хотя бы в центральной газете с миллионным тиражом)? Только то, что не всем безразлично, кто от нас уезжает и почему. У правительства другие проблемы, не внешние и не внутренние, а внутривнутренние. Мне нравится сказка Салтыкова-Щедрина про дикого помещика, но только как сказка.
А. Зайцев. 24 августа 1991 года.
Категория: История | Добавил: lokot (16.11.2009)
Просмотров: 329 | Рейтинг: 4.0/1
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]